Перейти к содержимому


Фотография

Орден Красной Звезды №1789225


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В теме одно сообщение

#1 Александр Каменьков

Александр Каменьков

    МОДЕРАТОР

  • SAMMLER.ru
  • 4 806 сообщений
  • Gender:Male

Отправлено 10 Сентябрь 2019 - 11:08

Киселёв Григорий Павлович, старший лейтенант, командир взвода 45 мм пушек 365 ОБМП СТОФ

 

1915 г.р. , в ВМФ с 1936

 

"Старший лейтенант Киселёв , командуя взводом 45 мм пушек при штурме и овладении городом Усиро проявил инициативу и находчивость, умение правильно подготавливать данные для артиллерийской стрельбы, этим самым обеспечил точную стрельбу противотанковых пушек. Уничтожил 2 огневые точки - крупнокалиберные пулемёты, тем самым обеспечил продвижение главного ядра десанта и действующих подразделений с суши.

 

Достоин награждения правительственной наградой - орденом  "Красная Звезда"

 

Командир десанта

Подполковник Тавхутдинов  "

 

 

 

365 ОБМП в составе десанта высадился у Тооро 16 августа, 17  августа был занят Эсутору.

Но я не нашёл никакой информации о бое у Усиро (Уссиро, Уйсиро) , упомянутом в наградном, как такое может быть ? Коллеги, что думаете по этому поводу ?

 

Хроника падения Эсутору

1 сентября 2012.
Алексей Колесников

 

 

Организационно десант состоял из первого броска (разведотряд), первого и второго эшелонов (батальон морской пехоты и стрелковый батальон).

 

К высадке в Эсутору готовились четыре отряда:

 

1 ДО (он же отряд артиллерийской поддержки): 140 морских пехотинцев-автоматчиков (4 катера типа МО-4: ПК-27, ПК-29, ПК-32, ПК-34 и сторожевой корабль "Зарница" .

 

2 ДО: 365-й отдельный батальон морской пехоты береговой обороны СТОФ , 334 человека (16 торпедных катеров).

 

3 ДО: 2-й батальон 113-ой отдельной стрелковой бригады, 900 человек (тральщики Т-522, Т-524  , Т-590  и Т-591 ).

 

4 ДО: артиллерия и тыловые подразделения (транспорт "Петропавловск" и 2 сторожевых катера БО-310 и БО-314  ).

 

Группа охранения десанта - 5 торпедных катеров. Высадку прикрывала авиация флотилии - 80 самолетов. Общее руководство десантом осуществлял вице-адмирал Андреев, командиром сил высадки назначили начальника отдела подводного плавания штаба СТОФ  капитана 1-го ранга Ивана Степановича Леонова  . Начальником штаба стал капитан 3-го ранга Кузнецов, лучший командир дивизиона торпедных катеров. Возглавил десант комбат морских пехотинцев подполковник Карам Петрович Тавхутдинов.

 

Нужно отдать должное вице-адмиралу Андрееву, который, планируя десантную операцию, не стремился выполнить приказ любой ценой: "Батальон под командованием способного, энергичного подполковника К. П. Тавхутдинова был прекрасно подготовлен, но для того, чтобы очистить западное побережье Сахалина, его сил было мало. Расходовать их следовало чрезвычайно бережно, без лишнего риска", - напишет адмирал позже в своих воспоминаниях.

 

 

Двум советским батальонам противостояли:

 

1. Специальный отряд обороны - "токусэцу кэйбитай".

301-я рота спецобороны острова , командир - капитан Накагаки Сигэо , кадровый офицер 25-го пехотного полка. Ядро отряда - члены местного отделения Императорского общества резервистов ("Тэйкоку дзайго гундзинкай") - около 200 человек. Вооружение: 1 горная пушка, 2 крупнокалиберных пулемета, приспособленных для ведения зенитного огня, винтовки и сабли.

 

2. Народные добровольческие боевые отряды - "кокумин гию сэнтотай".

Примерно 350 человек, в том числе 80 женщин.

Гражданский корпус - "кокумин гию" - был сформирован правительственным решением еще в марте 1945 года путем слияния крупнейших патриотических организаций Японии, в июне переименован в "боевые отряды". В них входили все непризванные в армию мужчины в возрасте от 15 до 65 лет и женщины в возрасте от 18 до 45 не имевшие малолетних детей. "Добровольцы" проходили обучение инструктируемые унтер-офицерами из жандармерии "кэмпэйтай": ходили в учебные атаки с бамбуковыми копьями, при этом часто калечили друг друга. Вооружение: несколько винтовок "Мурата" устаревшей системы, охотничьи ружья и сабли, бамбуковые копья. В случае разгрома армейских подразделений "гию сэнтотай" должны были участвовать в партизанской войне. В Эсутору отряды "добровольцев" возглавил командир отрядов "кэйбодан" Такамура Дзюмпэй.

3. Добровольческие боевые отряды студентов и учеников - "гакуто гию сэнтотай".

Самый большой отряд - около 600 школьников из Эсутору и Камиэсутору - военные отправили в район Мацуодзава близ Камиэсутору, где дети рыли противотанковые рвы. Другие отряды, которые возглавили директоры школ, тоже поступили в распоряжение военного командования. Забегая вперед, скажем, что в военных действиях подростки участия не принимали. Вот что вспоминала в интервью автору жительница Углегорска И Зин Ок (Нагакава Садако), которой в августе 45-го было 14 лет:

 

Нашим детским отрядом из Тооро командовал отставной офицер. Школьникам дали бамбуковые копья, армейские ранцы и отправили вглубь острова, к военным. Мы шли целый день, измучились. А тут еще появились советские самолеты и атаковали нас. Наверное, подумали, что мы солдаты.…Ночью мы увидели, что японские солдаты ссорятся. Мне показалось, они спорили: воевать или сдаться? Началась драка, мужчины жестоко били друг друга, потом схватились за сабли. В конце концов, побросали оружие в грузовик, и ушли в лес. А нам приказали вернуться в Тооро.

В штабе оборонявшей Карафуто 88-й пехотной дивизии понимали, что с потерей Эсутору, японские войска утратят возможность маневра на острове: перекрыв шоссе Хонто-Амбэцу на западном побережье, советский десант мог выйти по горной дороге к Найро и перерезать коммуникации на восточном берегу.

 

Поэтому, когда 13 августа в штаб дивизии в Тоёхара (Южно-Сахалинск) поступила информация о "попытке противника высадить десант", по приказу начальника штаба Судзуки в Эсутору были спешно отправлены три пехотные роты:

 

1. 11-я рота 125-го пехотного полка (лейтенант Дзёкэ) из Найро.

2. Учебная рота 125-го пехотного полка (лейтенант Миядзаки) из Камисикука (Леонидово).

3. 3-я рота 25-го пехотного полка (лейтенант Асагура), усиленная взводом крупнокалиберных пулеметов (офицер-стажер Хамано), из Маока (Холмск).

 

Общее командование этими подразделениями принял майор Ёсино Тэйго, который накануне прибыл из штаба 5-й территориальной армии в Саппоро: на Карафуто остро не хватало офицеров-командиров.

 

Три роты, в среднем по 150 человек в каждой - этих сил было недостаточно, чтобы организовать оборону на побережье. Поэтому в штабе дивизии решили, что пехотинцам лучше занять позиции в Камиэсутору. Здесь военным предстояло прикрывать отход беженцев, а затем вместе с отрядами ополченцев отступить по ведущей в Найро дороге до ущелья Сирогумо. И здесь стоять насмерть

.

Вспоминает лейтенант Асагура:

- Моя рота пришла в Камиэсутору 14 августа, и мы начали поспешно возводить укрепления, чтобы перекрыть дорогу на Найро. Мне сразу стало ясно: бой здесь невозможен - дорога была переполнена беженцами. На следующий день прибыли две другие роты и майор Ёсино, который принял общее командование. Майор сказал нам, что император по радио заявил о капитуляции. Мы, молодые лейтенанты, не поверили майору: он был не из нашей дивизии. И когда на следующий день, 16-го августа на Камиэсутору посыпались бомбы, появились убитые и раненые, мы подумали: какой же это конец войны?

 

В полдень 15 августа прозвучавшую по радио речь императора о прекращении войны услышали и в Эсутору. Но растерянность начальников длилась недолго. Сначала главе окружного управления вручили телеграмму, подписанную губернатором Карафуто Оцу Тосио:

Несмотря на указ Императора, мы с честью пойдем до конца.

 

Вечером пришел более конкретный приказ из штаба дивизии:

Отвести все боевые части в Камиэсутору, где организовать последний рубеж обороны.

 

В 21:15 из бухт Совгавани выходил первый десантный отряд: четыре пограничных катера  в сопровождении СКР "Зарница" взяли курс на Эсутору. Корабли шли в плотном тумане, когда в ночном небе над ними пронеслись гидросамолеты МБР-2. Два с половиной часа на дома и склады горняцкого поселка Тайхэй (Ударный), город Тооро и порт Эсутору сыпались бомбы . Новые пожары были видны на расстоянии 30 километров. Это был превосходный ориентир для десантников, которые в 5 утра вышли на рейд порта Тооро.

 

16 августа

 

Первыми в 05:07 на причал спрыгнули командир передового десантного отряда Арсений Егоров и старший сержант Сергей Емельянов. Морским пехотинцам потребовалось 10 минут, чтобы высадится в порту и на песчаную отмель севернее ковша - здесь многих десантников вода накрывала с головой. Высадка прошла без единого выстрела.

 

Дождь и плохая видимость сыграли на руку десантникам: только когда морские пехотинцы в полной тишине взяли порт в кольцо, прибежал взвод 301-й роты "токусэцу кэйбитай", охранявший побережье в районе порта. Силы были неравными: в перестрелке погибли 37 резервистов.

Отряд разделился: лейтенант Егоров (два взвода разведчиков) направился на юг к поселку Нюхаку  , а старший лейтенант Гадзиев (три взвода автоматчиков и стрелков) - на восток к Тооро.

 

На окраине города отряд Давида Гадзиева попал под огонь крупнокалиберного пулемета. Список боевых потерь десантников открыл старший лейтенант Пякин, командир взвода автоматчиков. Его взвод забросал ручными гранатами зенитный пулемет. Сам Алексей Пякин успел уничтожить четырех японцев и погиб, преследуя отступавших в лес резервистов. К сожалению, погиб старший лейтенант не от японской пули.

 

Из спецсообщения ОКР "Смерш" ТОФ от 25 августа 1945 г., адресованного Военному совету Тихоокеанского флота:

 

16-го августа с.г. во время боевых действий, краснофлотец автоматного взвода 365-го батальона морской пехоты СТОФ Васильев при постановке автомата на предохранительный взвод по неосторожности убил командира взвода старшего лейтенанта Пякина. Расследованием установлено, что выстрел произошел благодаря неумению Васильева обращаться с автоматом.

 

Между тем, пролив пересек второй десантный отряд. На траверзе Эсутору два советских торпедных катера лишились хода, налетев на подводные камни: ТК-38 получил пробоины в корпусе, ТК-634 повредил гребные винты.

 

В 10:10 батальон морских пехотинцев в полном составе был на берегу и двинулся вслед за разведкой: отряд старшего лейтенанта Болина - по дорогам на Тооро, 1-я стрелковая рота старшего лейтенанта Широкова и 2-я стрелковая рота старшего лейтенанта Корулина вместе с автоматчиками Гадзиева - дорогами на поселок Нисионура.

 

К 13:00 Болин завязал бой на окраине Тооро. Мэр Абэ, начальник городской полиции Мацуда и командир местного отряда "кэйбодан" Ямагути решили прекратить бессмысленное сопротивление и отправились с белым флагом на переговоры с десантниками. На следующий день на дороге, ведущей из Тооро в Тайхэй, настоятель местного буддийского храма нашел тела Абэ и Ямагути: мэра застрелили в лоб, а грудь командира "кэйбодан" прошили очередью из автомата.

Полицейскому Мацуда "повезло" - позже его отправили в сибирский лагерь для военнопленных.

 

Бой за Тооро длился три часа при огневой поддержке корабельной артиллерии и авиации : 47 японцев были убиты, еще 22 десантники взяли в плен. Японцам удалось сбить истребитель Як-9 ВВС СТОФ. Это стало последней боевой потерей советского истребителя во Второй мировой.

 

Около 11:00 советских моряков увидели в Эсутору: группа десантников вышла к устью реки Эсутору-гава. Их заметили японские дозорные. Около сотни ополченцев, вооруженных охотничьими ружьями и саблями, бросилась через болотистую равнину в атаку. Моряки открыли огонь из автоматов. Незнакомые с этим оружием "гражданские" японцы решили, что их обстреливают из пулеметов и повернули обратно.

 

В 16:30 морпехи Болина, "зачистившие" Тооро, двинулись к Тайхэй. Тактика морской пехоты была стандартной: блокада населенного пункта, затем - уличные бои. С воздуха поселок атаковали штурмовики Ил-2, но Тайхэй оказался "крепким орешком": бой за него продолжался до позднего вечера.

 

23 медсестры из больницы Тайхэй приняли сильное снотворное, усевшись под большим вязом. Дозы оказались не смертельными, но шестерым девушкам старшая медсестра скальпелем перерезала вены. В общей сложности в округе Эсутору более двухсот японцев предпочли смерть плену, покончив жизнь самоубийством.

 

Тем временем Егоров коротким ударом выбил резервистов из Нюхаку - крошечного поселка на перекрестке дорог Тооро-Тайхэй-Эсутору. За мостом, на южном берегу Эсутору-гава десантников встретили японские парламентеры. Они предложили морским пехотинцам сдаться. В ответ комбат Тавхутдинов потребовал прекратить сопротивление, чтобы избежать напрасного кровопролития. Дальше обмена ультиматумами дело не пошло.

 

В 16:00 краснофлотцы Егорова попытались войти в Ямасигай по главному мосту. На задворках кафе "Палас" (сегодня - территория городского рынка Углегорска) сосредоточились 301-я рота "токусэцу кэйбитай", рота новобранцев лейтенанта Миядзаки, 8-й окружной добровольческий отряд и несколько человек из местного особого полицейского отряда "токубэцу кэйбитай". Капитан Накагаки возглавил эту объединенную группу и повел ее в самоубийственную контратаку - настолько яростную, что морская пехота была вынуждена отступить. Чтобы остановить японцев, десантникам потребовалась помощь авиации. Звено штурмовиков Ил-2 (ведущий - капитан Бурдыкин) под прикрытием пары истребителей Як-9 сорвало контратаку противника. Но при этом один Ил-2 обстрелял своих: был смертельно ранен командир первого эшелона десанта лейтенант Егоров, который пытался удержать главный городской мост, погибли два краснофлотца, в т.ч. - старший сержант Емельянов.

 

Командиру взвода разведки Арсению Анисимовичу Егорову не было и тридцати. Любимец морпехов, спортсмен, участник боев у озера Хасан и на реке Халхин-Гол умер на руках товарищей, которые не скрывали слез. Егоров был посмертно представлен к Звезде Героя, но наградили его орденом Красного Знамени.

 

Потери японцев в этом открытом бою неизвестны. Сами они туманно пишут о "многих жертвах".

С наступлением темноты авиация прекратила свои действия, и моряки перешли к обороне. В это время отряд капитана Накагаки уводил из города последних жителей - около 400 человек. Среди них находился и начальник окружного управления. К 3 часам они добрались до Камиэсутору.

Когда к 17 часам на рейд Эсутору вышел 3-й десантный отряд, его обстреляли с берега из крупнокалиберного пулемета. Корабли вышли из-под обстрела, применив противоартиллерийский зигзаг, но один из тральщиков потерял управление, повредив руль о подводные камни.

 

На причалы Тооро высадились 900 пехотинцев. Около 22:00 стрелковый батальон майора Готы Хазиева соединился с батальоном морской пехоты подполковника Тавхутдинова. Одновременно подошла рота морской пехоты, взявшая Тайхэй.

 

16 августа авиация продолжила обстрел беженцев на трассах Эсутору-Найро и Эсутору-Тиннай. Михаил Додонов вспоминал о своем вылете в этот день:

Экипажем было установлено, что на дорогах началось движение на юг. Переброска войск с юга на север, в район боев нашего десанта, не установлена. При возвращении на свою базу я огнем из пулеметов ШКАС и БС с пологого пикирования ударил по японцам, двигавшимся по дороге. То же сделал и стрелок-радист Ковалев. В результате на дороге создалась паника. Задание выполнил успешно.

 

17 августа

 

Ночью моряки заняли несколько мостов через Масурао. Это упростило захват города, так как глубина судоходного в те годы канала достигала двух с половиной метров.

Разведчики-пехотинцы выяснили обстановку в районе бумажной фабрики. Здесь было светло как днем: фабрика горела, полыхали гигантские штабеля бумаги.

 

Комбаты Тавхутдинов и Гадзиев приняли решение: атаковать на рассвете. Морская пехота - с берега канала Масурао, стрелковый батальон - с фланга, в направлении бумажной фабрики. Была запланирована и авиаподготовка, но туман в Совгавани задержал вылет авиации.

 

В 07:00, после часового артобстрела, Тавхутдинов бросил десант на штурм практически пустого города.

 

Эсутору горел. Бойцы задыхались от дыма, некоторые двигались, пригибаясь к земле, почти по-пластунски. Морские пехотинцы форсировали канал Масурао. При этом погиб краснофлотец Батурин: он первым бросился на один из мостов, был ранен очередью из крупнокалиберного пулемета в руку, но смог добежать до середины моста, где был ранен еще раз - уже смертельно.

 

Пулемет удалось засечь и уничтожить минометным огнем.

Под пули едва не попал и командир десанта. Комбата прикрыл собой старшина Даманин, который уложил троих резервистов из автомата.

 

Стрелковому батальону, наступавшему со стороны фабрики, противостояли только стрелки-одиночки, засевшие на чердаках. На территории фабрики красноармейцы обнаружили рубильник, соединенный с взрывчаткой. Привести взрывное устройство в действие должна была группа смертников, но по неизвестным причинам она ушла в Камиэсутору, не выполнив задачи.

 

Командир десанта своевременно не донес ни о принятом им решении овладеть Ямасигай, ни о начале наступления. В результате в 08:10, когда батальоны заняли половину Ямасигай и три роты пехотинцев успели окопаться на сопках, появилась авиация: 8 бомбардировщиков и 6 штурмовиков, действуя по принятой накануне заявке, атаковали свои войска. Десантники имели связь с авиационными штабами через передовых наводчиков, но отсутствие опыта и ненадежные рации вновь стали причиной гибели советских бойцов.

 

Вспоминает бывший красноармеец-разведчик Пелевин:

 

- Наши самолеты стали бомбить и обстреливать город и сопки. Комбат Хазиев дает команду радисту: "Передай - город и сопки не бомбить, там наши. Как понял, помаши крыльями". Самолет крыльями помахал, развернулся и опять пошел на нас. Лейтенант Яшпаев выскочил из окопа с красным флагом и тут же был прошит очередью из пулемета. Тогда майор Хазиев дал команду перевести весь огонь в воздух - по нашим самолетам. И один бомбардировщик сразу пошел вниз и упал за бумфабрикой. Наше отделение разведчиков - туда. Смотрим: летчик и радист выходят из воды, несут пулемет. Мы спрашиваем: "Почему по своим стреляете?!". Они говорят: "А мы вас бомбим по радиоуказаниям с базы, с материка".

 

Тем временем в 08:50 в порту Тооро начал высадку четвертый десантный отряд. Транспорт "Петропавловск" и сторожевые катера доставили артиллерию и тыловые подразделения.

 

Рота автоматчиков не выполнила приказ Тавхутдинова - не перекрыла проселочные дороги, и последние вооруженные японцы беспрепятственно ушли по распадку (сегодня ул. Красноармейская) на юг.

 

В 09:30 Ямасигай полностью контролировался советскими войсками. Японцы потеряли убитыми и ранеными 136 человек.

 

Оборонять выгоревшие дотла кварталы Хамасигай было практически некому. На причалы порта беспрепятственно высадилась 22-я отдельная пулеметная рота, которую еще ночью доставили из Совгавани в Тооро.

 

В 10:30 огонь прекратился.

 

И хотя Эсутору переименовали в Углегорск в 1946 году, а последние японцы покинули Углегорский район только в 1949-м, именно с тишины, установившейся пол-одиннадцатого дня 17 августа 1945 года началась новая глава истории сахалинского города.

 

 

https://sakhalin.info/files/77512

Прикрепленные изображения

  • P1017237.jpg
  • P1017183.JPG
  • 1551100977143960663.jpg
  • Screenshot_2019-09-06 ХРОНИКА ПАДЕНИЯ ЭСУТОРУ изображение Задача этой документальной работы – познакомить читателя с мало....png
  • Toro.jpg
  • filterimage.jpg
  • 00000677.jpg

  • 1
skype - Libaus1914

#2 Guest_Илья Филиппович_*

Guest_Илья Филиппович_*
  • Guests

Отправлено 10 Сентябрь 2019 - 01:26

О событиях Советско-Японской войны, как завершающем этапе 2-й Мировой - не так уж много тем.

Очень интересное исследование!

Благодарю, Александр!  :drinks:


  • 0




Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных